Суббота, 21.10.2017, 17:28
Приветствую Вас Гость | RSS

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: Леонардл, hendus 
Форум » Международный Литературный Клуб «Родное слово» » Гостиная Галины Хэндус » Перечитывая Фрейда (необычная правдивая новелла)
Перечитывая Фрейда
hendusДата: Понедельник, 27.03.2017, 11:53 | Сообщение # 1
Генерал-майор
Группа: Модераторы
Сообщений: 279
Статус: Offline
Дорогие друзья, предлагаю вашему вниманию свой очередной, немного необычный рассказ. Хочу предупредить, что многие пассажи я увидела во сне. Кстати, эпизод с падением с кровати - настоящий, я также, как и Виктория, проснулась на полу от боли - сильно ударилась локтем о прикроватную тумбочку.
Прочтите рассказ внимательно и вспомните, ведь наверняка в вашей жизни случались некоторые странности, которые вы сами себе можете без всякого стыда объяснить. В общем, как в мудрой русской присказке: "сказка - ложь, да в ней намек, добрым молодцам урок..."


Перечитывая Фрейда

Виктория, яркая 36-летняя блондинка, собиралась в отпуск на юг. Заранее зарезервировав и оплатив место в отеле и билет на самолет в Португалию, она придирчиво осматривала летние платья, которые непременно хотела взять с собой. Все отпускные заботы разрешились легко и быстро, кроме одной – с кем ехать отдыхать. Выбор был небольшой – или бывший муж Костя, или нынешний друг Лев. Вопрос поиска партнёра для отдыха не давал ей покоя много дней, пока она, не подхватив плотно набитый летней одеждой чемодан, не улетела в отпуск одна. Оба отпускных кандидата получили от Виктории накануне отъезда записку не совсем ясного содержания, полную намеков и недосказанностей.

Виктория была по образованию художником-иллюстратором и выполняла заказы одновременно для нескольких журналов. Довольная своей работой, она считала, что твёрдо стоит на ногах. Но порой эту творческую натуру посещали совершенно неожиданные идеи, которые её, в отличие от окружающих, совсем не удивляли. Женщина темпераментная, полная фантазий и причуд, одним словом – художник! Вот и в отпуск на этот раз она неожиданно отправилась одна, чему, правда, сама не очень-то удивилась. Решение было спонтанное, хотя где-то в глубине души она надеялась, что один из её мужчин всё же прилетит в Португалию и разделит приятное времяпровождение. Мысль о том, что оба могут отказаться или нагрянуть враз, как-то не приходила ей в голову. Редко задумываясь о чём-то плохом, она верила в благоразумие судьбы, которая всё расставляет по своим местам – к удовольствию всех участников события.

Прибыв из аэропорта в отель, Виктория тут же отправилась на пляж, прихватив с собой яркое полотенце и большой пакет ананасового сока, чтобы не умереть от жажды. Разница во времени дарила ей дополнительно час южного солнца, и такую возможность молодая женщина никак не хотела упускать. На пляже она пробыла почти до вечера и сильно обгорела, поэтому следующий день решила провести в отеле и дать нежной коже отдохнуть. За это время ни
один из её мужчин не объявился, хотя оба прилежно позвонили и спросили, как дела. Никого она специально не пригласила, надеясь, что они самостоятельно примут такое решение. Навязывать мужчине своё общество Виктория считала верхом неприличия.

Поставив мобильный телефон на подзарядку, молодая женщина включила негромкую музыку и открыла дверь балкона, выходящего на набережную. Её номер находился на третьем этаже, и с его высоты открывался прекрасный вид на широкую улицу и медленно прогуливающихся по ней людей. На балконе было по-южному жарко, и наша путешественница зашла обратно в комнату. В окно, расположенное с торца, солнце не попадало. Виктория  открыла его настежь и приставила вплотную к нему стул. Встав на мягкое сиденье коленями, обгоревшая отпускница облокотилась на подоконник и принялась с интересом наблюдать за ленивой летней жизнью португальского городка.

Неожиданно её внимание привлекла необычно одетая пара, появившаяся на променаде. Загоревшая женщина в пышном ярко-красном платье до колен, из-под которого виднелось огромное количество подъюбников, по моде, наверное, пятидесятых годов, и в длинных, такого же цвета перчатках, степенно вела за руку девочку лет восьми. Платье ребёнка было ещё интереснее – алое, с яркими разводами синих, зелёных и жёлтых цветов и со шлейфом, тянущимся сзади метра на два. Девочка в таком наряде походила на вышедшего на прогулку большого экзотического
попугая с длинным хвостом, собирающим валяющийся под ногами мусор. У обеих, предположительно матери и дочери, были одинаковые сложные высокие прически из тёмных волос. В правой руке девочка держала яркий, в тон платью, зонтик от солнца, а левая её рука покоилась в ладони рядом идущей женщины. Не только для Виктории, с
любопытством разглядывающую необычную пару, но и для прогуливающейся публики, пара вызывала большой интерес.

Ещё интереснее оказалось следующее происшествие. Какой-то молодой мужчина в коротких летних шортах, проходя мимо необычной пары, отпустил замечание в их адрес, смысл которого, видимо, не совсем понравился женщине. Не поворачивая головы и не говоря ни слова, она, отпустив на время руку девочки, слегка развернулась всем корпусом и нанесла мужчине быстрый профессиональный удар в челюсть. «Хук-ук-ук!» – отчётливо прозвучало в воздухе и растворилось в прибрежной волне. Мужчина, будто о чём-то раздумывая, застыл на несколько секунд и вдруг, как
подкошенный, рухнул на землю. А женщина как ни в чём не бывало опять взяла девочку за руку и они неспешно отправились дальше. Экзотические красавицы ещё не дошли до конца улицы, видной Виктории из окна, как сцена повторилась.
В этот раз, правда, не понравившийся им мужчина не успел сказать ни слова, а только смотрел во все глаза на необычное яркое зрелище, приоткрыв рот. Но как следует поглазеть ему не удалось, и второй любопытный зевака получил не менее сильный удар в лицо, от которого тут же упал на землю.
– Что ж это делается, – пробормотала Виктория, торопливо отходя от окна и закрывая его: она не любила насилия в любой его форме. Немного полежав на диване и поглядев в потолок, отпускница встала, побродила по комнате и начала одеваться.

Черезд вадцать минут Виктория уже выходила из отеля на послеобеденную жару. Постояв немного у дверей в раздумьи, она, неуверенно покачав головой, повернула налево.
«Если я пойду направо, мне может встретиться та сумасшедшая в красном платье, – подумала она, невольно передёрнув плечами. – Кто знает, вдруг она тренируется не только на мужчинах, но и вообще на всех, кто взглянет на её красивую дочку. Лучше уж не рисковать!» 

Молодая женщина долго брела вдоль берега моря, то приближаясь к нему, то отдаляясь, но постоянно слыша его запах и лёгкое шуршание набегающих на песок волн. На душе стало вдруг легко и радостно. Забылась агрессивная женщина в красном платье, не прилетевшие, предавшие её, как она думала, мужчины, боль в обгоревшей спине. Захотелось чего-то тихого, уютного, домашнего и спокойного. Спустя несколько минут Виктория увидела в отдалении несколько остроконечных куполов тёмно-синего цвета. Подойдя поближе, ей стало понятно, что на ровной песчаной площадке расположился приезжий цирк.

Цирк Виктория не любила. Ей не нравились размалёванные красноносые клоуны, пристающие со своими глупыми вопросами к зрителям, сидящим в первых рядах. Не нравился резкий запах коней, скачущих по арене. Но особенно она не любила, когда мучили на арене зверей. Мучили – это было, по её мнению, самое подходящее слово. Ведь ни одной самой завалящей собаке не придёт в голову добровольно встать на задние лапы и прыгать на них в угоду хохочущей публике. Ни один медведь не наденет на себя сам юбку или шляпу, чтобы потом кружиться в этих идиотских нарядах по арене, развлекая народ. А свинья? Разве заслужила она, чтобы её запрягали в телегу, в которой сидят всякие гуси-лебеди, и возить их по кругу? Свинья – не таксист, чтобы катать кого-то на себе. Так рассуждала Виктория, чувствуя, как настроение начинает портиться. Несмотря на свою предвзятость к цирку, ноги, помимо воли, несли её прямо к приоткрытому пологу, за которым слышались приглушённые голоса.

Зайдя внутрь, молодая женщина огляделась вокруг. До начала представления было ещё долго, и внутри шатра царила обычная рабочая суета. Где-то вдали прыгали с обручами акробаты, слева виднелся маленький прудик, непонятно как вместившийся в небольшое пространство передвижного цирка, откуда-то справа тянуло резким запахом животных. Вдруг она почувствовала кого-то рядом с собой. Резко повернув голову, она увидела возникшего сбоку от неё мужчину и онемела от неожиданности.
– Лев, что ты тут делаешь? – в недоумении произнесла она. – Почему ты не позвонил, не сказал о своём приезде?
И что означает этот маскарад? Что ты делаешь в этом зверинце?
– Во-первых, добрый день, моя прекрасная леди. А, во-вторых, я не лев, а Заяц.– Какой заяц? – округлила глаза Виктория, внимательно рассматривая своего друга, стоящего перед ней в спортивном костюме.
– Заяц обыкновенный. Фамилия у меняЗайцев, поэтому меня все зовут просто Заяц, – ответил он, немного смущаясь.–Зайцев? А ты ничего не путаешь? Разве ты не Лев Серов?
– Я ничего не путаю, вы просто ошиблись номером, то есть именем, то есть мужчинами, – совсем запутался Зайцев.
– Извините. Тут темно, – выкрутилась Виктория. – Если вы не мой жених, то где жеЛев?
– Нет, я не ваш жених, мне мужчины больше нравятся. А лев вон там, справа, с дрессировщиком.
Виктория стояла молча, соображая. Заяц тоже молчал.
Наконец, он не выдержал и произнёс:– Если вы хотите зайти внутрь, вам придётся подняться по этой лестнице – это у нас такой тест на вход.
Он показал рукой на стоящие тут же спортивные брусья, поверх которых лежала самая обыкновенная деревянная лестница. Виктория глянула на своё короткое летнее платье, потом на лестницу, возвышающуюся над землей почти на полтора метра, и с сомнением покачала головой:
– Знаете, молодой человек, я не скалолаз и не акробат, и на вашу эту лестницу даже забраться не смогу, не только по ней проползти, поэтому пропустите меня так.
– Извините, не могу – такие у насправила.
– А если я ваши правила нарушу?
– Вам не продлят отпуск, вот и всё.
– Что вы мне тут цирк устраиваете? –взорвалась вдруг Виктория, не привыкшая, чтобы мужчины ей отказывали в каких-то мелочах. – Кто это мне отпуск не продлит? И при чём здесь вы со своим цирком?
– Вот именно – с цирком, – спокойно ответил молодой человек, пожимая плечами. – Вы должны понять, что цирк я не устраиваю – это не в моих силах. Его давным-давно до меня устроили, а мы все просто в нём живём. Вы посмотрите вокруг внимательнее, и вам сразу станет всё ясно. А про отпуск я пошутил, потому что вы какая-то непонятливая. Правила есть правила, так что не мне и не вам их менять.
– Извините, – ответила уставшим голосом Виктория. – А можно, я по этой лестнице потом пройдусь, когда всё
посмотрю? Ведь бывает же, когда на выходе за билет платят, а не на входе?
– На свете бывает всякое. Но помните,если вход стоит рубль, то за выход придется в два раза дороже заплатить – такие вот неписаные законы. Если вы к этому готовы – тогда, пожалуйста, проходите.
Виктория улыбнулась, кивнула головой и радостно отправилась вперёд.

Быстро осмотрев не такое большое пространство шатра, она подошла туда, где пахло животными и толпились люди. Найдя свободное место, молодая женщина вгляделась и увидела выходящего откуда-то сбоку большого светло-коричневого кота. Он был элегантный и красивый, но какой-то странный – у него, как у льва, росла небольшая, но отчётливо проступающая грива, а кончик хвоста украшала тёмная симпатичная кисточка. Приглядевшись, наша отпускница увидела, что это не столько кот, сколько маленький львёнок. «Хм,у маленьких львят, кажется, не бывает гривы. И кисточки тоже. Хотя про кисточку не могу сказать с уверенностью, а вдруг, бывает. Возможно, этот симпатяга – взрослый карликовый лев? А может, это всё-таки кот особой львиной породы?» – размышляла художница мучительно, наблюдая за непонятным животным.

Вдруг как будто ниоткуда перед публикой появился настоящий лев. Он недоверчиво взглянул на свою карикатурную копию уменьшенных размеров, медленно подошел к зверьку и со всего размаха дал ему передней лапой увесистый подзатыльник. Тот не успел ни пискнуть, ни испугаться: поднятый неведомой силой в воздух, он быстро приземлился на утоптанный ногами земляной пол. Вжав голову в плечи, совсем, как человек, он вызвал у Виктории щемящее чувство жалости. Молодая черноволосая девушка в трико акробатки, стоящая среди зрителей, быстро подбежала к обиженному животному, взяла его на руки, нежно прижала к себе и исчезла с ним за кулисами.
– Наш лев никому ничего плохого несделает – он у нас очень добрый, – услышала Виктория рядом с собойп риятный мужской голос. Дрессировщик, а это был, наверняка, он, ласково улыбался, глядя на своего большого гривастого воспитанника.
Одет был мужчина для южной жары очень тепло и несколько странно. На нём была форма советского офицера времён Второй мировой войны с погонами старшего лейтенанта, длинные, плотно сидящие на ногах и матово поблескивающие сапоги со шпорами, а на голове – высокий атласный цилиндр. Он стоял, постукивая клюшкой от гольфа о голенище сапога, и улыбался в лихо закрученные кверху усы «а-ля кайзер Вильгельм».
«Тебе ещё красного носа для комплекта не хватает, чтоб уж совсем на клоуна походить, – беззлобно подумала Виктория. – И не факт, что твой лев никому не причинит вреда – зверь, он и есть зверь».
Она с опаской покосилась на свободно разгуливающего между зрителями льва и интуитивно втянула в себя то место, где расположен живот, который у неё вообще-то пока не вырос.Будтопрочитав промелькнувшие в голове нашей путешественницы мысли, дрессировщик сказал:– Сейчас мы пойдём со львомпрогуляемся. А чтобы народ не пугать, я возьму его на поводок, не беспокойтесь.
С этими словами он, как фокусник, начал доставать из кармана кителя что-то ярко-красное. Когда лента полностью оказалась в руке странного дрессировщика, он начал надевать её на гриву льва.
«Как же так, – ужаснулась Виктория. – Вот этот жалкий тряпочный поводок – для льва, царя зверей? Они что тут, нищие все, или бестолковые? Разве можно таким поводком унижать гордое животное? Это ж как в норковом манто на ржавом велосипеде кататься или милостыню просить – никто тебя не поймёт, да и самой стыдно будет».

Люди,окружавшие дрессировщика со львом, длинной цепочкой потянулись вслед за ними к выходу. Виктория отвернулась, чтобы не смотреть, как царь зверей, сгорая, видимо, от стыда, шёл с опущенной головой рядом с мужчиной в цилиндре. Она развернулась и наткнулась на Зайца, который стоял перед ней столбиком.
– Ну что, пойдёте по лестнице?
– А надо? – неуверенно спросила женщина – взбираться на высоту ей совсем не хотелось.
– Мы же договорились.
– Да-да, конечно, – проговорила Виктория, оглядываясь вокруг и мучительно пытаясь что-то придумать.
Увидев задвинутый в угол платяной шкаф – точно такой же, какой стоял у неё в спальне, она обрадованно сказала:
– Послушай, Заяц, дай мне слово, что закроешь меня в шкафу, если я тебя об этом попрошу.
– А зачем?
– Ну, я же не спрашиваю тебя, зачем нужно по твоей лесенке ползти, и ты не задай вопросов. Так закроешь?
– Хорошо, закрою. Только там пахнет нафталином.
– Нафталин – не керосин, не взорвётся,– ответила повеселевшим тоном Виктория и озорно тряхнула волосами: – А ну-ка, подсади меня немного, любитель мужчин!

Она забралась с его помощью на брусья и стала на четвереньках осторожно пробираться вперёд по лежащей сверху лестнице. Медленно добравшись до середины, она вдруг услышала непонятный шум. Повернув голову, подневольная акробатка увидела ворвавшегося вихрем в шатёр мальчика-подростка. Он был чем-то страшно напуган и
постоянно выкрикивал:
– Прячьтесь, прячьтесь, лев идёт сюда. Он сожрёт всех, кто ещё здесь остался.
Суетливо кружась по арене, напуганный мальчик искал, где бы ему самому спрятаться. Наконец, увидев конец болтающегося каната, он с ловкостью обезьяны взобрался к самому куполу, зарылся в верёвках, лежащих на связанных вместе трапециях и затих.

Пока мальчик искал убежище, Виктория,боясь свалиться с брусьев, с дрожащими от страха коленками быстро добралась до конца лестницы и замерла там, прикладывая попеременно руку к поцарапанным и горящим огнём коленкам. Увидев, что Заяц собирается убегать, она в отчаянии закричала:
– Я заплатила за выход, и ты должен сдержать своё обещание. Закрой за мной шкаф!
Ловко соскочив с брусьев, Виктория подбежала к выходу и, увидев показавшегося вдали льва, направляющегося к шатру, резко скакнула к шкафу. Захлопнув дверцу изнутри, она закричала оттуда:
– Заяц, скорей закрой меня назадвижку и прячься сам, пока тебя не сожрали!
– Не бойся, меня он не съест, – услышала она из-за двери.

Через две минуты, сидя на корточках в закрытом платяном шкафу, молодая женщина услышала снаружи какую-то возню и то ли сдавленный крик, то ли вздох. Испуганная, она закрыла уши ладонями, крепко зажмурила глаза и беззвучно зашептала, прижав голову к разбитым коленям:
– Заяц убежал, Заяц убежал, он прыгучий, поэтому просто повыше прыгнул и сидит теперь в траве и жуёт свои одуванчики. И не надо за него переживать, он живой и здоровый прыгает на лужайке.
Почувствовав какую-то необъяснимую тревогу, окутавшую её с головы до ног, она замолчала, убрала руки от ушей, медленно открыла глаза и увидела тонкую полоску света, сочащуюся из почти незаметной щели между дверей шкафа. Осторожно приблизив к ней лицо, она с ужасом увидела буквально у своего носа окровавленную морду льва. Зверь внимательно смотрел прямо в глаза Виктории, не видя её, но чувствуя через закрытую дверь исходящий от человека запах страха.
Молодая женщина дёрнулась назад и больно ударилась затылком о вбитый каким-то идиотом в заднюю стенку шкафа гвоздь. Чтобы не закричать, она закусила сжатые в кулак пальцы. От боли и страха слёзы брызнули у неё из глаз и потекли по щекам, сердце отчаянно колотилось, ускоряя свой бег, как будто хотело выпрыгнуть наружу. Вдруг оно резко остановилось – Виктория услышала, как лев стал царапать лапой дверь, щеколда которой находилась на уровне его глаз.
– Не хо-чу-у-у-у! – не выдержав напряжения,отчаянно закричала закрытая в шкафу молодая женщина и резко дёрнулась вверх, не в силах больше сидеть на затёкших от долгого сидения ногах и ждать, пока лев откроет шкаф. – Не хочу-у-у-у! ...

Почувствовав спиной холод, Виктория медленно открыла зажмуренные глаза. Всё было не так страшно, как казалось минуту назад. И она вначале тихо и неуверенно, а потом всё громче засмеялась. Смех выходил какой-то неестественный – не открытый и весёлый, а протяжный, похожий на всхлипы и действительно перешедший скоро в рыдания. Виктория поднялась с пола, куда свалилась во сне, спасаясь ото льва. Правая нога затекла, а на голове выросла шишка от удара о стоящую вплотную к кровати тумбочку.
Постояв под горячим душем и смыв следы недавнего кошмара, Виктория надела тёплый халат и прошла на кухню. Заварив крепкий чай, добавив лимона и насыпав три полных ложки сахару, чего не делала последние несколько лет, она задумалась.

«Почему мне приснился такой ужас? Что во сне правда, а что выдумка? Не может быть, чтобы кошмары снились просто так, безо всякой причины. Ну, про отпуск понятно – я три года не была на море, и в последнее время только и мечтаю об отдыхе под южным солнцем. С этим разобрались. Женщина, спасающая девочку от двух скалящихся мужчин – слишком тонко, но тоже понятно. Это слишком личное. История давнишняя, и касается она только меня и моего прошлого,
копаться в  котором сегодня у меня нет желания. Значит, эта часть сна тоже понятна. Так, теперь цирк. Я ведь действительно его не люблю, так как же я там оказалась? То ли потому, что вся моя жизнь – это сплошной цирк, или по какой другой, непонятной мне причине? Над этим мне нужно подумать отдельно».

Виктория налила вторую кружку горячего чая, выжала туда сок из остатка лимона, опять насыпала побольше сахара и продолжила размышлять. «Заяц.Ну, с зайцем проще не бывает. На пасху я подарила своему другу Льву шоколадного
зайца, а он взял его с собой в постель и забыл съесть, потому что был занят мной. Утром Лев проснулся с шоколадным пятном на спине – от зайца осталось одно мягкое сладкое месиво. С зайцем тоже разобрались. Теперьд ругие звери – почему они пришли во сне? Ну, это, кажется, и объяснять не надо.
Всех мужчин я всегда делила на два класса – котов и львов. Может быть, поэтому моего бывшего мужа звали, нет, зовут Константин, Костя, Котя, Котик? Он как гулял по своим кошкам, так до сих пор и гуляет. Одно слово – котяра! Моего сегодняшнего друга зовут Лёва, Лев. И этот Лев, похоже, хочет меня слопать. Костика моего он всегда обидными словами называл, а во сне даже подзатыльник бедному отвесил. Всё это неспроста. Видимо, у друга моего сердечного Льва есть то, что принесёт мне в жизни несчастье. Что же это может быть? Спросить у него? Не скажет.
Рассказать ему сон? Рассмеется. Не поверит – да и не надо».

Из комнаты раздалась заливистая трель телефона. Виктория подошла к аппарату, увидела на дисплее номер своего друга, но отвечать не торопилась. Молодая женщина постояла, раздумывая, и вернулась на кухню. Сев опять на свое место, она сделала неопределённый жест рукой и сказала, обращаясь к самой себе:
– Пока не выясню, что скрывается под твоей шкурой, Лев Серов, общаться с тобой поостерегусь. В таких снах, когда падаешь с кровати в слезах и с шишкой на голове, нужно сначала разобраться. Без повода никакой ужас никогда не приснится – это уж я знаю точно!

Галина Хэндус
 
Форум » Международный Литературный Клуб «Родное слово» » Гостиная Галины Хэндус » Перечитывая Фрейда (необычная правдивая новелла)
Страница 1 из 11
Поиск: